Дисмас.


Ну вот он и помер.
Что-то крикнул и помер.
Вроде, батю звал.
Нехило его менты обработали.
Вон, в сторонку отошли, базарят.
Ждут.
Понятно чего.
Меня.
«Положено».
Работа такая, ага.
Знаю я их работу.
Мать — это его мама, так он сказал, успели побазарить, да, — а что ещё тут делать? Тут времени полно — мама с его тёлкой уже и не плачут.
А тёлка ничё так, симпатичная.
Рыжая.
Пацаны какие-то рядом.
Из его бригады, что ли?
Ну какой из него бригадир?
Говорил, типа плотник, как батя.
В храме местном шабашили, да что-то не срослось у них с местными, те тут же в ментовку сдали, типа прокурор у них там из столицы, всё схвачено.
Ещё, типа, говорил — рыбалку любит.
Мне тоже батя всё обещал на рыбалку свозить.
Дообещался, ага.
Везучий он, всё-таки, — друганы пришли, баба, мать.
Мама — это главное.
Мама это всегда главное.
Отца не видно, а ведь он звал.
А ты тут виси, помирай.
Ладно, потерплю.
Он сказал, типа недолго осталось.
Чётко так сказал.
Ладно…
Поживём-увидим.
(Дмитрий Конаныхин.)


Вверху: Джованни Доменико Тьеполо, Плач у подножия Креста, фрагмент. Внизу: James Del Grosso, 100 Watts, 2012.

Комментарии (0)

RSS свернуть / развернуть

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.

Закрыть